Как возродилась память об украинском селе, ликвидированном советской властью за «недопустимого» свободолюбца его жителей.

20 лет тому, 29 апреля 1990 года, село Антоновке на Тернопольщине было признано «официально возобновленным» после разгрома 1946 года. Тогда наиболее непокорных жителей депортировали в Сибирь, а 177 семейств вывезло к селам Раздел и Приветливый Запорожской области, других рассеяли по Шумскому и Лановецкому районах Тернопилля. И все это – за то, что люди не отказались поддерживать украинских подпольщиков-повстанцев. И за бой, который случился здесь 22-25 апреля 1944-го между воинами УПА и войсками НКВС. В 1952 году Антоновке были «ликвидированные» указом Президиумы Верховной Рады УССР. В 2001 году здесь, согласно статистическим данным, проживали 24 лица. И вот 11 февраля 2010 года на сессии Тернопольского областного совета депутаты приняли решение признать реабилитированными депортированных жителей села Антоновке.

К северо-востоку от города Кременець, где заканчивается цепь живописных Гологир и Вороняк, в долине лежит село Антоновке. На околицах сел Стожок, Антоновке и Большая Иловиця есть знаменитые и памятные места. Ведь от 4 апреля до 19 августа 1943-го в Антонивцях располагался штаб УПА «Юг». Вот что пишет об Антоновке в своих «Воспоминаниях» куренной УПА Максим Скорупский (Макс) : «Луг и река Илавка, которая наполняет местный стал, делит село на две половины. Вокруг села, в горных углублениях, раскинулись меньшие и большие хутора, как: Родня, Лесовики, Даниливка, Троица, Гута Антоновецка и Соснивка. В центре села, на бугорке, стоит хорошая деревянная церковь, окруженная грубыми ясенями и высокими елями. Немного вниз от церкви находится школьный дом, а дальше – большой дом священника, овощной сад и саджавка. Вторая ячейка села – это водяная мельница и ряд фильварочних забудовань, расположенных над прудом (за плотиной), которые, вместе с соседним лесом, принадлежат к посилостей потомкам графа Ходкевича».

Максим Скорупский вспоминает, как «при Польше» приезжали в село разные экскурсии, интересовались достопримечательностями давности и миловались красотой околицы. Акцию краеведения осуществлял профессор Кременецкого лицею Мончак, поляк. Достопримечательности не имели ничего общего с польской историей, и он не старался местность популяризировать.

А осматривать здесь было что. «На одной из близких гор осталась старая каменная церковка Св. Троицы, согласно легенде, построенная на месте пещеры св. Иова Почаивского, – писал Скорупский. – На горе Унияс остались оборонные валы, высыпанные правдоподобно еще во времена Волынско-галицкого государства. В то время соседнее село Стожок было городом. Теперь за столько веков на тех заросших травой и лесом старых следах княжеских дружинников проходили, как тени предков, украинские партизаны».

Весна 1943 года была бурной. Стихия борьбы с немецким оккупантом охватила все украинские земли. Поприщем наибольших боев стали Волынская и Полесская земли. Сначала боивка ОУН «М» освободила узников из лубненской тюрьмы, а дальше, в конце февраля 1943 года, боивка «Б» освободила узников в Кременци. Шаг за шагом действия боивок развиваются и доходят вплоть до «Антоновецкой Республики» – первой военной базы украинских партизанов на Волыни. Большая полоса Кременецко-Дубенского леса, который соединяется из Славутско-Шепетивскими лесами, стала вторым после Полесья центром широкого украинского повстанческого движения. Здесь творились повстанческие отряды, штабы, военные школы. Первые ребята приходили по большей части из Кременецкого и Лубненского уездов. Однако была также молодежь из всех украинских земель. Первые волынские отделы опирались на партизанские традиции атамана Тараса Бульби-Боровця, который на год раньше начал антинацистскую борьбу в лесах северной Ривненщины, Костопильщини и Сарненщини. Когда творился Кременецкий ячейка, Клубень был уже очень известный. Хоть его отделы выступали под названием Украинская Повстанческая Армия (УПА), и его партизанов звали «бульбивцями», а название УПА в широких кругах тогда меньше употреблялось.

Антоновецка база появилась в феврале-марте 1943 года. Во второй половине марта кременецкий полициант Мазница перенял телефонограмму к немецкой жандармерии в Кременци такого содержания : «Ненадежный элемент разоружить и арестовать». Мазница сообщил об этом областному проводнику ОУН Андрею Мельника (в которого он, собственно, был связным) – Голубого, который встретился из Хроном. Они решили ночью с 21 на 22 марта забрать из магазина остальное оружие и амуницию и отойти в лес. Так и сделали. Поставлена в известность об этом полиция по районам тоже частично отошла в леса. В Кременецкий полиции покинули службу около ста лиц. Часть из них разошлась по домам, а 45 мужчин задержалось круг села Людвищ, в лесу, называемому Купивець. Отделом командовал Жарина, а его заместитель был Мазница. Впоследствии отдел перешел в венгерский район, а оттуда, под командой Вихора, в лисничивку, неподалеку от Антонивцив. Комендантом лагеря назначен Николай Недзведского – «Хрона», бывшего коменданта полиции. За несколько дней его группа имела уже 50 мужчин и была вооружена несколькими легкими пулеметами, а Голубой прибавил еще «максима» с тачанкой. Вскоре Хрен закладывает лагерь в лесу над озером Глубокое. Было еще холодно, кое-где лежал снег.

По всей Волыни и Полесье бандеровцы установили сеть администрации, которая охватывала почти все области жизни. Заложили подпольное государство с разными ведомствами. Село Антоновке было повитовим городом украинской администрации. Здесь заложены пекарни хлеба, лагерь Ворона устроил в поместье молочарню, молоко туда доставляли жительнице из окружающих сел, как контингент для партизанов. Водяная мельница работала «на полную пару» для партизанов и гражданского населения. В поместье содержалась также станица СБ (Служба безопасности). Те дома были и «гостиницей» для политических и военных проводников, которые приезжали из Полесья или Галичины для починения текущих дел. Ежедневно заездили и прибывали из поприщ новые люди, каждый день приносил что-то новое. Когда Макс пришел к командиру СБ Зеленого, чтобы узнать кое-что из «политики», во дворе залогов телеги, которыми приехали врачи-евреи из Львова. Их похитили бандеровцы из гетто и направили на труд к госпиталям УПА. Между ними были знаменитые хирурги. Некоторые – вместе со своими дружинами.

Крестьяне не очень брались к хозяйственным работам – ожидали Украины. Они верили в силу партизанов, но после боя в Стожке ни одно семейство не ночевало в хате. Села создавали гражданские лагеря в лесу, откуда лишь днем приходили к труду домой и хозяйничали круг скота. Все домашние вещи позакопували в землю в сундуках. Таким образом, кроме повстанческих военных лагерей, в том же лесу были гражданские лагеря. «Детвора поделала себе деревянные криси и подражала партизанам. Кружок мальчишек, выстроившись в колонну, с командиром впереди, маршували и пели перенятые стрелковые песни», – вспоминал Максим Скорупский.

По селам начали систематическую учебу в народных школах. Были свои инспекторы и куратор. Женщина учредила Украинский красный крест. Хозяйственные станицы получили приказ пооткрывать домашний промысел : гарбарни, мыловаренные, мастерские одежды и обуви, мастерской седел, ладивниць и тому подобное и даже из изготовления спирта для госпиталей. Все это должно было обеспечить снабжение для УПА. Антонивецкий хозяйственный центр готовился к жатвам на полях.. Где то все денется, когда придут большевики, и как этот аппарат будет действовать в случае немецкого наступления, никто тогда не думал..

Источник: www.lvovnews.ru


Google Bookmarks Digg Reddit del.icio.us Ma.gnolia Technorati Slashdot Yahoo My Web News2.ru БобрДобр.ru RUmarkz Ваау! Memori.ru rucity.com МоёМесто.ru Mister Wong

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.